Нефть Капитал

121 подписчик

Свежие комментарии

  • ВАЛЕРИЙ ЧИКУНОВ
    Это что ж получается теперь пятилетку будут выполнять 15 лет за те -же деньги , а кто будет курировать и отчитываться...План реализации э...
  • АНГЕЛ АНГЕЛ
    Ну если нефтяники не хотят, то реализация нефти через государство, вот оно и будет с ними фантиками расплачиваться, а...Путин: Российские...
  • Taurus Zmei
    Обязать заводы производящие пластик, принимать использованные изделия с оплатой.Запрет эффективне...

Избрание Байдена может покончить с нефтяным бумом в США — крик души американского сланцевика

Избрание Байдена может покончить с нефтяным бумом в США — крик души американского сланцевика

Кандидат в президенты США от Демократической партии Джо Байден 19 октября в очередной раз заверил нефтегазовые компании, что в случае его избрания он не будет запрещать использование ключевой для сланцевой отрасли технологии гидроразрыва пласта. Однако представители отрасли не верят обещаниям Байдена, наблюдая за тем, как он последовательно идет на поводу у радикального крыла демократов, настаивающего на запрете гидроразрыва из природоохранных соображений. О настроениях в американской сланцевой отрасли наглядно свидетельствует опубликованная канадским порталом для инвесторов Baystreet.ca статья Дэна Дойла, президента нефтесервисной компании Reliance Well Services из штата Пенсильвания.

На словах и на самом деле

«Прежде чем говорить о возможной администрации Джо Байдена и Камалы Харрис, нынешнего кандидата в вице-президенты от демократов, стоит для начала вспомнить об администрации Барака Обамы и его генеральных прокурорах Эрике Холдере и Лоретте Линч. В 2015-16 годах, когда Холдер, а затем Линч занимали эту должность, в нашей компании проходил аудит Налогового управления США, аудит по Международному соглашению о топливном налогообложении между США и Канадой (IFTA), а также расследование Министерства труда США.

Добавлю также, что IRS проводила мой персональный аудит. К счастью, и я, и моя компания прошли эту процедуру без штрафов (разве что пришлось платить нашему бухгалтеру).

Аудит Министерства труда обошелся нам менее чем в $250 на основании некоего загадочного подсчета сумм произвольно назначенных бонусов. Однако аудит IFTA в самом деле обернулся определенным ущербом — штрафом в размере $40 тыс., связанным с оформлением документов, хотя все наши налоги платились без промедления. Все три проверяющих ведомства и все четыре аудита были федеральными, и все они проводились примерно в одно время. Когда я спросил поверенного Министерства труда, как она вообще нашла наш маленький подвальный офис, она промолчала: ей не было смысла отвечать, ведь мы оба знали, зачем она здесь. Ее мощная структура с 18 тысячами сотрудников точно так же, как и IRS и IFTA, были во всеоружии, направленном на подрыв нефтегазовой индустрии. Генпрокуроры Холдер и Линч — вероятно, с благословения президента Обамы — выбирали мишени, среди которых оказались и я сам, и отрасль, в которой я работаю.

1 марта 2016 года я вернулся домой с работы и сообщил жене, что беспокоюсь за Обри Макклендона, основателя компаний Chesapeake Energy и American Energy Partners, одного из творцов «сланцевой революции». На следующее утро он должен был предстать перед судом в Оклахоме за нарушение антимонопольного Акта Шермана. В предшествующие недели мы с Обри несколько раз списывались по электронной почте, я хотел направить ему в поддержку письмо, но так и не успел из-за семейных дел.

На следующее утро по дороге в суд Обри погиб, когда внедорожник, которым он управлял, на высокой скорости врезался в бетонную опору моста. Было ли это несчастным случаем или самоубийством, я не знаю — в любом случае это было просто ужасно. Остается только надеяться, что теперь его семья спокойна, чего я не могу сказать о себе. Генеральные прокуроры Холдер и Линч в своем рвении уничтожить американский нефтегазовый мотор избрали Макклендона своей мишенью и для этого воскресили старый вздор — Акт Шермана, принятый в 1890 году. Стоит ли говорить о том, что по его нормам никто не был обвинен еще с 1930-х годов, а вся вина Макклендона заключалась в том, что он договаривался с конкурентами о снижении, а не о повышении цен на аренду участков для добычи нефти и газа в Оклахоме.

Это была обычная охота на ведьм. Прегрешение Макклендона заключалось в том, что он невероятно эффективно применил технологию гидроразрыва пласта для добычи газа. Он был склонен к риску и для себя самого, и для инвесторов в его компанию, но для федерального правительства он был лицом гидроразрыва, что сделало его удобной мишенью для генпрокуроров Обамы.

Как ни странно, Обама в своем послании нации в 2012 году заявил, что поддерживает гидроразрыв: «У нас есть запасы природного газа, которого хватит Америке почти на 100 лет,… и моя администрация примет все возможные меры для безопасного развития этого энергоресурса». Так было сказано, но не сделано: сопротивление гидроразрыву появилось именно под присмотром Обамы. Трубопроводные проекты Keystone и Dakota Pipeline подвергались одному исследованию за другим в надежде, что кто-то из экспертов наконец даст по ним заранее определенный ответ «нет». Федеральные судьи-активисты выносили положительные решения по искам, направленным на запрет для газопроводов пересекать федеральные воды. Дискредитированные и ныне забытые документальные фильмы Джоша Фокса, направленные против гидроразрыва, были приняты как евангельская истина, несмотря на то, что эта истина была сфабрикована. Слишком уж много было восторженных отзывов в прессе, прежде чем утверждения Фокса были опровергнуты, но никто не позаботился о том, чтобы осветить этот момент в прессе. В целом на нашу индустрию были вылиты ушаты грязи из-за враждебности в отношении тех ее представителей, которые держались на плаву.

И вот теперь бывший вице-президент Байден, недавно выступавший в богатой газом Пенсильвании, утверждает, что поддерживает гидроразрыв, хотя все мы знаем, что это просто политиканство.

Все его предыдущие заявления о борьбе с гидроразрывом были зафиксированы на видео (в мае Байден, например, сообщил в интервью CNBC, что не будет давать новые разрешения на применение этой технологии на федеральных землях), и это наводит на подозрение об определенном лукавстве.

Как Джо Байден на самом деле относится к гидроразрыву? Это зависит от того, с кем он разговаривает. Когда-то такой подход называли увиливанием от ответа, и для политика это было недопустимо. Сегодня всё не так: в 2020 году вам достаточно просто отрицать, что у вас есть несколько позиций по одному и тому же вопросу — если никто не сопротивляется этому, почему бы и нет?

Джо называют справедливым, умеренным, близким по духу и вдумчивым другом для обеих сторон спора. Извините, но я этого просто не вижу. Умеренный политик при выборе кандидатуры вице-президента не отдал бы предпочтение прокурору Сан-Франциско Харрис, в чьем послужном списке имеется борьба с углеводородным топливом. Умеренный не выбрал бы и социалистку из Нью-Йорка Александрию Окасио-Кортес в качестве сопредседателя своей рабочей группы по климату. Во время недавних дебатов между Харрис и действующим вице-президентом Майком Пенсом Окасио-Кортес написала в твиттере: «На самом деле гидроразрыв — это плохо». Так что, полагаю, мы по крайней мере знаем ее позицию, которая проясняет двусмысленность нефтегазовой платформы Байдена-Харрис.

Теперь еще и ходят слухи, что генеральным прокурором в администрации Байдена станет губернатор Нью-Йорка Эндрю Куомо. Вне зависимости от того, произойдет ли это, утверждение об «умеренности» Байдена окончательно теряет силу. Напомню: губернатор Куомо был тем человеком, который приказал регулирующим органам своего штата изучить влияние гидроразрыва пласта на здоровье и безопасность. А когда проведенное исследование квалифицировало гидроразрыв как экологически безопасный, Куомо все равно объявил его вне закона. Вот вам и непредубежденная умеренность, мистер Байден. Это не те люди, которые займутся «наведением мостов» и подойдут к энергетической политике США без предрассудков, в чем нас уверяют агитаторы Байдена. Умеренные просто не сделали бы подчеркнутый выбор в пользу противников нефти и газа, претендующих на должность потенциальных преемников президента, его советников и руководства правоохранительных органов.

Дедушка старый — ему все равно?

В недавнем опросе Rasmussen Reports 59% респондентов выразили сомнение, что Джо Байден отсидит полный четырехлетний срок из-за проблем, связанных со здоровьем. В результате мы останемся с сенатором Харрис в качестве президента. В какой именно момент это произойдет? Я отвечу на этот вопрос — по крайней мере выдвину гипотезу.

Когда Дональд Трамп победил на президентских выборах 2016 года, нефтегазовая отрасль сразу же воспряла после ужасного двухлетнего спада.

Цены на нефть и газ не выросли в результате победы Трампа, но уверенность бизнеса повысилась.

Добытчики запланировали ввод новых буровых установок и оборудования для скважин, а сервисные компании наподобие нашей были незамедлительно приглашены к работе. Наконец-то у нас появилась администрация, которая, скорее, поддерживала добычу, чем проявляла неопределенную двуличность в ее отношении.

Четыре года спустя появление нового «главнокомандующего», хорошо известного своей негативной позицией в отношении гидроразрыва, не принесет большой уверенности отрасли. Инвестиции будут сокращаться, рабочие места будут потеряны, а окружающая среда пострадает. В последнее десятилетие значительному снижению выбросов углекислого газа в атмосферу в США способствовали именно электростанции, работающие на природном газе из горизонтальных сланцевых структур. Прекратите гидроразрыв, и газ перестанет поступать сразу.

Мой опыт подсказывает, что в случае победы Байдена на предстоящих выборах нефтегазовая отрасль столкнется с регуляторными веяниями, которые намного превзойдут тот удар, что был нанесен по ней во время пребывания у власти Обамы. Меня как владельца компании, работающей в сфере гидроразрыва, это беспокоит: мы хотим продолжать расти и процветать, поэтому я ни в коем случае не хочу сдаваться.

Впрочем, я думал и о том, чтобы пойти на уступки. За период пандемии коронавируса я потратил немало времени, исследуя возобновляемые источники энергии как способ компенсации возможного спада в нефтегазовой индустрии. Мы энергетическая компания, так почему бы не подумать об энергии в широком смысле?

Первое, что пришло мне на ум, был ветер, так как я живу на Великих озерах, и ветер над водой ничем не хуже, чем нефтегазоносные участки с хорошей пористостью и высоким уровнем насыщенности. Но ветер — это проблема, описываемая формулировкой «только не на моем заднем дворе». Те же самые люди, которые требуют развития ветроэнергетики, решительно выступают против нее, когда он дует на их собственной территории — вспомним, как в прошлом году против строительства ветропарка в Массачусетском заливе выступили рыболовы. Это обстоятельство, а также стоимость ветряков, далеко выходящая за пределы моих ограниченных средств, переключили мое внимание на солнечную энергию: солнечную батарею можно масштабировать и запускать поэтапно, поэтому я начал искать совета.

Знакомый из соседнего штата участвовал в браунфилд-проекте солнечного энергоцентра — это уже стало хорошей обычной практикой, хотя и требует соответствия большому количеству нормативных требований. Этот проект не включал установку батарейного блока, допускающего хранение и пассивное использование энергии, но все равно оказался дорогим — около $20 млн на получение разрешений и строительство. Из этой суммы треть предоставил штат, треть покрыло федеральное правительство, а инициаторы добавили еще треть прямого капитала, хотя в итоге стали стопроцентными собственниками. Теперь, когда проект запущен и работает, они также получат выгоду от более высоких ставок на возобновляемые источники энергии.

Я за то, чтобы ВИЭ присутствовали в структуре энергобаланса, но в таких проектах нет экономики. Если администрация Байдена-Харрис начнет ограничивать разработку нефти и газа, разумные доводы говорят о том, что цены на энергию вырастут, и тогда переход на солнечную энергию может иметь смысл. Но поскольку я должен отвечать перед банками и своими сотрудниками, я так не понял, как смогу поучаствовать в солнечной энергии, чтобы покрыть мои обязательства. Может быть, когда-нибудь это и произойдет, но не раньше, чем солнечная энергия станет самоокупаемой, особенно на северо-востоке США. Но пока точно так же, как и все текущие ассигнования, развитие ВИЭ будет основано на потребителях за счет более высоких налогов, государственного долга и гораздо более высоких затрат на энергию — все эти три фактора ущемляют мой бизнес в правах.

Сокращение добычи нефти и газа не будет сразу же покрыто возобновляемыми источниками энергии — на это потребуются десятилетия.

Вместо этого произойдет нечто противоположное намерениям — типичный признак плохой политики: США будут вынуждены восполнять дефицит энергоносителей тяжелыми и сильно загрязняющими окружающую среду гудронами из Канады и высокосернистыми сортами нефти из стран Персидского залива или из Мексики, а может быть, даже из социалистической Венесуэлы. Это действительно плохо, потому что сланцевая нефть — легкая, имеет низкое содержание серы и мало примесей по сравнению с большинством других сортов нефти. Исчезнут и те огромные успехи, которые наша отрасль дала национальной безопасности — нам больше не нужно обращаться за нефтью к деспотам, диктаторам и прочим плохим парням. Теперь у нас есть своя энергия, и мы больше не нуждаемся в чужой. Убейте нефть и газ, и мы снова будем привержены той же политике, которая вела к войнам.

Америка наконец обрела энергетическую независимость. Конечно, нефти у нас не так много, но мы вырвались очень далеко вперед в области природного газа и в пересчете на суммарную мощность занимаем достойное место. На протяжении многих десятилетий это было лишь желанием, и вдруг в течение нескольких лет возникло движение, которое считает эту независимость отвратительной, скандальной привилегией, насилием над землей, которое необходимо прекратить. Столь же озадачивает, что главный кандидат от одной из двух партий поддерживает эту позицию.

Удивительно и то, что в стремлении к освоению «зеленой» энергии так мало внимания уделяется правде о ней. Посмотрите на массу отходов производства и утилизации аккумуляторов — они так же загрязняют окружающую среду, как любой «старорежимный» нефтегазовый проект, а то и больше. Посмотрите на выплавку никеля и добычу лития, на самую высокую в Америке трубу никелевого комбината в канадском Садбери и кислотные дожди. Все эти неудобные истины были отвергнуты как не относящиеся к делу или просто скрыты во имя прогрессивной энергетической политики.

Людям нужно знать, что панацеи нет, что всё имеет экологические издержки — даже ВИЭ.

Но почему-то правда не попадает в аргументацию тех, кто выступает против технологии гидроразрыва.

Если тандем Байден-Харрис подорвет наши беспрецедентные усилия, мы пожертвуем всеми нашими достижениями, в том числе экологическими. Сланцевая отрасль — это беговая дорожка, требующая постоянных вложений. Изменение государственной политики быстро остановит поток частных инвестиций, необходимых для поддержания и роста добычи. Американская экономика быстро перейдет к спаду, несоразмерно тяжелое бремя ляжет на работающих и на бедных, убытки будут измеряться триллионами долларов.

При этом сокрытие правды и двуличность останутся с нами. Администрация Байдена-Харрис продолжит утверждать, что они поддерживают гидроразрыв — но за исключением федеральных земель, на которых под угрозой находятся 300 тысяч рабочих мест в нефтегазовой отрасли, а также добыча нефти в объеме примерно миллион баррелей в день. Мы, вероятно, мало что услышим о редкоземельных элементах, необходимых для производства солнечных панелей, и о том, что на 70% этот рынок обеспечивается Китаем. Вероятно, мы так и не узнаем, какова их подлинная политика, пока она не будет прописана в законе или не будет утверждена указом к исполнению.

Впереди нас ждет много судебных процессов и зубовного скрежета. Благодаря задержкам в выдаче разрешений, исследованиям и регуляторным мерам эта администрация сможет утверждать, что она лишь тщательно подходит к делу, тогда как их изначальное намерение — увидеть, как мы увядаем, чтобы когда-нибудь нас подхватило одним из тех ленивых ветряков, мимо которых я постоянно проезжаю».

Перевод: Сергей Танакян

 

Ссылка на первоисточник

Картина дня

наверх